Словакия восстанавливает военно-дипломатические отношения с Россией после четырехлетнего перерыва. Два словацких офицера должны отправиться в Москву, а в Братиславе ожидают российского военного представителя.
Решение правительства Роберта Фицо открывает официальный канал между вооруженными силами страны НАТО и Москвой. Оппозиция считает, что этот канал может быть использован не только для контактов между военными, но и для сбора информации, установления связей и операций влияния. Однако само возвращение военного атташе не доказывает шпионской деятельности.
Возвращение к договоренности Фицо и Путина
О планируемом обмене военными представителями Министерство обороны Словакии объявило 9 октября 2026 года. Ранее, в мае, премьер-министр Роберт Фицо и президент России Владимир Путин обсуждали восстановление работы военных атташе во время официального визита словацкого премьера в Москву.
Военный атташе выполняет официальную дипломатическую функцию: поддерживает связь между вооруженными силами, помогает организовывать визиты и встречи, а также информирует свое правительство о военной обстановке в стране пребывания. Такой канал может быть полезен для прямого общения и снижения риска недопонимания, особенно во время кризиса.
Но должность предполагает регулярные контакты с офицерами, сотрудниками министерств и политическими руководителями. Поэтому ее значение может заключаться не только в доступе к конкретным документам. Со временем представитель способен составить представление о структуре ведомств, порядке принятия решений и людях, имеющих доступ к чувствительной информации.
Сами по себе такие контакты не являются незаконными. Риск возникает, если официальный канал используется для несанкционированного сбора сведений, вербовки источников или политического влияния. В этом смысле важны не только статус прибывающего офицера, но и правила его доступа к словацким учреждениям, контроль встреч и защита информации.
Почему в Словакии вспоминают прежнего представителя
Возвращение российского военного представителя вызывает особую реакцию из-за истории предыдущего обладателя этой должности. Польское издание Onet сообщило, что последний российский военный атташе в Братиславе Сергей Соломасов был связан с вербовкой Богуша Гарбара — сотрудника словацкого сайта Hlavné správy. Позднее Гарбар был осужден за шпионаж, говорится в публикации.
Эти сведения объясняют, почему восстановление контактов воспринимается в Словакии как вопрос контрразведки, а не только как протокольное решение. При этом прежний случай не доказывает, что новый российский представитель будет заниматься незаконной деятельностью, и не позволяет автоматически переносить ответственность одного человека на всех будущих военных дипломатов.
Словацкая оппозиция резко критикует решение Фицо и предупреждает, что под видом дипломата в Братиславу может прибыть сотрудник российской разведки. Это политическое предупреждение о возможном использовании должности, а не подтвержденный вывод о личности или намерениях офицера, приезд которого ожидается.
Двустороннее решение с последствиями для союзников
Словакия входит в НАТО и Европейский союз. Ее вооруженные силы участвуют в совместных учениях, оборонном планировании и структурах безопасности альянса. Словацкие органы могут работать с информацией, которая имеет значение не только для страны, но и для других государств — членов НАТО.
Поэтому соглашение между Братиславой и Москвой может затрагивать более широкий круг вопросов, чем двусторонние отношения. Опасения оппозиции связаны не обязательно с немедленной передачей секретного документа. Длительное присутствие военного представителя может быть использовано для изучения работы учреждений, выявления влиятельных чиновников и установления личных связей с людьми, имеющими доступ к чувствительным данным.
Из имеющихся сведений не следует, что Россия уже восстановила в Словакии разведывательную сеть или получила секретную информацию НАТО через новый канал. Подтверждено лишь более узкое обстоятельство: правительство Фицо вновь разрешает официальные военные контакты с Москвой в период, когда отношения России и НАТО остаются крайне напряженными.
Такой канал может выполнять легитимную функцию. Прямое общение между военными ведомствами способно помочь в управлении кризисами и снизить риск ошибочных расчетов. Одновременно словацким службам безопасности придется отличать обычную дипломатическую работу от возможных попыток собирать сведения, устанавливать источники или распространять дезинформацию.
Часть внешнеполитического курса Фицо
Восстановление военных контактов вписывается в более широкий курс Роберта Фицо, который стремится вернуть отдельные связи с Москвой и дистанцируется от части внешнеполитических и оборонных подходов, принятых многими правительствами НАТО и ЕС.
Для правительства это возможность показать, что даже в условиях стратегического противостояния между Россией и западными странами остаются каналы официального общения. Для критиков Фицо вопрос заключается не в том, нужно ли запрещать любой контакт с Москвой, а в том, насколько жестко будет ограничен и проверен новый канал.
Один и тот же военный пост может обеспечивать связь между ведомствами и одновременно создавать возможности для изучения институтов, формирования личных сетей или влияния на информационную среду — если надзор окажется недостаточным. Поэтому отправка двух словацких офицеров в Москву и ожидаемый приезд российского представителя станут практической проверкой словацких механизмов безопасности.
Главный вопрос теперь состоит в том, останется ли восстановленная связь строго контролируемым дипломатическим инструментом или даст Москве дополнительное пространство для укрепления контактов и влияния внутри государства — члена НАТО.
