Депутат парламента Бранденбурга Свен Хорнауф намерен в ноябре 2026 года отправиться в белорусский Витебск с делегацией из 30–40 человек. На апрель 2027 года он планирует поездку в Россию. Инициатор говорит о восстановлении контактов между людьми и городами-побратимами, однако после начала полномасштабной войны против Украины такой визит неизбежно приобретает политический смысл.
Речь идет о связях, которые многие немецкие города приостановили после российского вторжения. Теперь их предлагают возобновить в формате, объединяющем представителей разных партий, общественных организаций и людей без партийной принадлежности. Главный вопрос заключается в том, сможет ли такой обмен остаться местным и гуманитарным, или же его будут воспринимать как сигнал о готовности смягчить отношение к Москве и Минску.
Поездки пока существуют только в планах
Хорнауф, депутат от партии «Альянс Сары Вагенкнехт» (BSW), заявил о намерении посетить Витебск с 6 по 11 ноября 2026 года. Аналогичную поездку в Россию он предполагает провести в апреле 2027 года. О планах 5 октября сообщила «Немецкая волна».
По словам депутата, в белорусскую поездку могут отправиться от 30 до 40 человек. Большинство, как ожидается, не состоит в политических партиях. Среди возможных участников также называются представители BSW, правой партии «Альтернатива для Германии» (AfD), «Зеленых» и общественных организаций.
Окончательный состав делегации пока не определен. Неизвестно также, какие именно учреждения она посетит, кто будет принимать гостей и какие немецкие города могут участвовать в восстановлении партнерских отношений. Поэтому речь пока идет об объявленном намерении, а не о состоявшемся дипломатическом контакте.
Хорнауф объясняет инициативу желанием восстановить сотрудничество немецких городов с их партнерами в Беларуси и России. По его словам, поездки должны «подать сигнал в интересах взаимопонимания между народами» и вернуть регулярные контакты «непосредственно на уровне людей».
Почему города-побратимы оказались в центре спора
Партнерские отношения между городами обычно включают школьные обмены, культурные мероприятия, спортивные встречи и контакты между муниципальными учреждениями. Они отличаются от официальной дипломатии и могут поддерживать связи между обществами даже в периоды напряженности между правительствами.
Но после российского вторжения в Украину эта граница стала менее заметной. Многие немецкие муниципалитеты приостановили или прекратили отношения с городами в России и Беларуси. Такие решения были частью более широкой реакции на войну и на тесную политическую и военную связь Минска с Москвой.
Поэтому восстановление партнерства сегодня не выглядело бы обычным административным решением. Оно означало бы возвращение каналов, которые многие города закрыли именно из-за войны. Значение поездки зависело бы от ее конкретного содержания: от того, кто участвует во встречах, какие учреждения принимают делегацию и будет ли контакт неформальным либо официально организованным.
Прямое общение с жителями России или Беларуси само по себе не означает поддержки политики их правительств. Однако визит избранных немецких депутатов отличается от частной встречи общественных организаций. Если делегацию будут принимать местные власти или учреждения, связанные с государством, а затем широко освещать ее приезд, местный обмен может получить внешнеполитическое измерение.
Фотографии официальных встреч, заявления о возобновлении партнерства или публичные мероприятия способны создать впечатление, что политическая дистанция Европы от Москвы и Минска сокращается. Это не доказывает, что участники поездки стремятся добиться именно такого эффекта. Риск связан с самим форматом и с тем, как принимающая сторона сможет его использовать.
Союз по одному вопросу
Отдельное внимание привлекает возможный состав делегации. BSW и AfD резко различаются по истории, политическому стилю и многим внутренним вопросам. При этом представители обеих партий критиковали отдельные элементы германского курса в отношении России и западной поддержки Украины.
Совместная поездка сделала бы эту ограниченную точку пересечения видимой. Инициатива могла бы предстать не как позиция одной партии, а как более широкое требование восстановить прямые контакты с Беларусью и Россией. Участие беспартийных граждан и общественных организаций усилило бы такое впечатление.
Но объявленный формат не позволяет говорить о едином политическом блоке. Большинство участников, по предварительной информации, не связано с партиями. Возможное участие представителей «Зеленых» также указывает на неоднородность группы. Кроме того, пока нет окончательного списка делегатов, поэтому нельзя приписывать всем предполагаемым участникам одинаковые мотивы.
Политическое значение здесь заключается не в полном союзе BSW и AfD, а в их возможном совпадении по одному вопросу: стоит ли сохранять дистанцию от Москвы и Минска или нужно вновь открыть каналы общения. Для немецкой внутренней политики это может стать заметным примером того, как силы с разными программами оказываются рядом во внешнеполитической теме.
Между контактом и нормализацией
Сторонники поездки могут рассматривать города-побратимы как способ сохранить связи между обществами независимо от действий правительств. В этом подходе есть практическая логика: школьные, культурные и общественные контакты не обязательно должны исчезать из-за конфликта между государствами.
Однако в Беларуси и России международные связи общественных и муниципальных учреждений существуют в политической среде, где власти контролируют публичную жизнь и официальную трактовку внешних контактов. Поэтому визит немецких депутатов может быть представлен там как признак ослабления европейской критики или раскола внутри Германии.
Для Берлина и других стран Европейского союза это создает дополнительную проблему. Общая политика в отношении России и Беларуси строится не только на санкциях и дипломатических ограничениях, но и на стремлении не допускать публичных сигналов, которые можно истолковать как возвращение к нормальным отношениям. Городское партнерство формально не является межгосударственной дипломатией, но в нынешних условиях оно способно влиять на политическое восприятие.
Особенно важным станет уровень официальности. Неформальная встреча независимых объединений будет означать одно, а прием делегации местными властями, подписание соглашения или совместное публичное выступление — другое. То же относится к роли немецких муниципалитетов: частная инициатива депутатов не равна решению городского совета возобновить партнерство.
Пока неизвестно, состоятся ли обе поездки, кто именно примет в них участие и какие контакты будут установлены. Но уже сама заявка возвращает замороженные связи между немецкими, белорусскими и российскими городами в центр политического обсуждения. Если делегация отправится в Витебск и затем в Россию, ее значение определят не только слова о взаимопонимании, но и конкретные принимающие стороны, статус встреч и то, превратится ли местный обмен в публичный знак нормализации.
