Российские власти официально закладывают на 2027 год дефицит федерального бюджета в размере 4,8 трлн рублей. Эту цифру 22 сентября на совещании по вопросам экономики назвал Владимир Путин. Это крупнейший плановый дефицит с 2022 года, однако уже текущие показатели показывают, что фактическая сумма может оказаться значительно выше.
В 2026 году при первоначальном плане в 3,8 трлн рублей бюджетная дыра за восемь месяцев достигла 5,8 трлн. Аналитики «Сбербанка» ожидают, что по итогам года дефицит вырастет до 7,3 трлн рублей. Оценка превышает официальный ориентир примерно в полтора раза. Подробности опубликованы в сообщении о прогнозе «Сбербанка».
Разрыв между доходами и расходами увеличивается прежде всего из-за военных расходов России, которые растут быстрее предусмотренных бюджетом показателей. После первоначального плана в 12,9 трлн рублей летом их увеличили еще на 40%. Нефтегазовые доходы не успевают компенсировать этот рост, поэтому дефицит покрывается за счет новых заимствований и средств Фонда национального благосостояния.
Плановые цифры быстро теряют значение
Опыт последних лет показывает, что утвержденные параметры российского бюджета становятся лишь промежуточными ориентирами. В 2024 году власти планировали дефицит на уровне 1,2 трлн рублей, но фактический показатель составил 5,6 трлн. На 2025 год было заложено 3,8 трлн рублей, однако уже в первые восемь месяцев 2026 года размер дефицита оказался существенно выше этой суммы.
Теперь Кремль объявил о дефиците в 4,8 трлн рублей на 2027 год еще на этапе подготовки бюджета. Этот показатель примерно вдвое превышает первоначальные ожидания и сам по себе указывает на то, что российские власти не успевают компенсировать растущие расходы расширением доходной базы. При сохранении нынешней структуры расходов новая цифра может стать не итоговым пределом, а очередной точкой пересмотра.
Основным источником давления на бюджет остается война России против Украины. Военные приоритеты определяют распределение дополнительных ресурсов, тогда как нефтегазовые поступления не обеспечивают прежнего запаса прочности. В результате бюджет все больше превращается из инструмента долгосрочного развития в отражение текущих военных задач Кремля.
Средства Фонда национального благосостояния позволяют временно закрывать часть разрыва, но их объем ограничен. В ликвидной части фонда осталось немного ресурсов, поэтому дальнейшее финансирование дефицита будет в большей степени зависеть от заимствований, стоимости кредитования и способности государства привлекать деньги на внутреннем рынке.
Военные расходы усиливают давление на экономику
Российская экономика уже работает в режиме перегрева. Высокая ключевая ставка Центрального банка сдерживает инфляцию, но одновременно делает кредиты дороже для компаний и населения. Инвестиции снижаются, а перегретый рынок труда повышает издержки бизнеса и ограничивает возможности дальнейшего расширения производства.
Такое сочетание создает для властей замкнутую ситуацию. Увеличение военных расходов поддерживает отдельные сегменты экономики, но усиливает инфляционное давление и требует новых бюджетных средств. Высокая ставка затрудняет инвестиции, а сокращение инвестиций ограничивает рост доходов, которыми можно было бы компенсировать расходы.
Для российских граждан бюджетный дефицит выражается не только в официальной статистике. Его последствия проявляются через рост цен на продукты и жилье, подорожание кредитов и снижение покупательной способности. Чем дольше военные расходы будут определять бюджетную политику, тем большую часть нагрузки государство будет переносить на население через инфляцию, налоги, заимствования и сокращение пространства для гражданских расходов.
Сокращается и пространство для финансирования инвестиций, инфраструктуры, здравоохранения, образования и повышения качества жизни. Дополнительные ресурсы направляются на войну, а цена упущенных возможностей накапливается вместе с текущей бюджетной нагрузкой.
Официальный план на 2027 год предусматривает дефицит в 4,8 трлн рублей. На фоне прогноза «Сбербанка» в 7,3 трлн по итогам 2026 года российский бюджет входит в новый период планирования с растущей зависимостью от заимствований и резервов.
да что ж такое — опять дефицит и опять за счёт народа, а кто будет за это отвечать? как жить потом, если всё растёт в цене, а зарплаты стоят на месте