Российские власти передали во временное управление активы Auchan, Nestlé, «Леман Про», а также структур FM Logistic и Bati Logistics. Решение Кремля затрагивает не менее 16 юридических лиц и превращает имущество европейских компаний в инструмент давления на Европейский союз.
Поводом для нового витка угроз стала реакция Запада на указ президента России от 17 сентября 2026 года № 661. Заместитель председателя Совета безопасности РФ Дмитрий Медведев заявил, что Москве следует перейти от временного управления иностранными активами к их безвозмездному изъятию. Об этом сообщило агентство «Интерфакс».
«По-хорошему, от временного управления иностранными активами надо идти дальше. Стоило бы вспомнить первые акты советской власти, на основании которых иностранные заводы и фабрики были принудительно и безвозмездно изъяты в государственную собственность. И никто никому ничего так и не вернул», — написал Медведев в мессенджере Max.
Временное управление без понятного срока
Указ распространяет на новые активы режим, введенный указом № 302 от 2023 года. Формально право собственности остается за иностранными холдингами, однако операционный контроль полностью переходит к назначенной российской структуре — АО «Л.Е.В. Менеджмент».
В перечень вошли российские активы «Nestle», «Ашана», «Леман Про», FM Logistic и Bati Logistics. Для владельцев это означает потерю контроля над деятельностью предприятий, несмотря на то что юридически их имущество пока не объявлено государственной собственностью.
«Л.Е.В. Менеджмент» зарегистрировали в Москве в октябре 2024 года с уставным капиталом 15 тысяч рублей. До подписания сентябрьского указа компания фактически не вела деятельности. Информация о бенефициарах непубличного общества в реестрах отсутствует.
За неделю до передачи активов директором компании назначили Андрея Краюшкина, которого российские СМИ связывают с системой МВД. Таким образом, судьбу крупных международных предприятий определила структура с небольшим уставным капиталом, неизвестными бенефициарами и минимальной публичной историей.
Указы Кремля вместо предсказуемой процедуры
Перераспределение активов на основании прямых указов президента России подменяет судебные и правовые процедуры административными решениями Кремля. Когда судьбу частной собственности определяет президентский указ, а не независимый суд и заранее понятный порядок, владелец фактически лишается возможности защитить свои права в российской правовой системе.
Такой подход делает право собственности зависимым от текущих политических решений государства. Для европейского бизнеса это означает, что присутствие в России больше не гарантирует контроль над собственным имуществом, а попытка сократить деятельность или покинуть рынок не исключает вмешательства властей.
Публичный призыв Медведева обратиться к советскому опыту национализации показывает, что временное управление рассматривается не как ограниченная и обратимая мера, а как возможный этап перед полной экспроприацией. Вместо возвращения активов владельцам или переговоров об их продаже российские власти все чаще рассматривают имущество иностранных компаний как ресурс, который можно изъять в пользу государства.
Это создает дополнительные риски для европейских компаний, сохраняющих активы в России. Национализация становится инструментом незаконного перераспределения частной собственности, а ее применение зависит не от условий договора или решения суда, а от политической позиции российских властей.
Связь с замороженными российскими активами
Для Кремля имущество западных компаний в России служит рычагом геополитического давления. Москва может использовать контроль над предприятиями, торговыми сетями и логистическими структурами как ответ на решения европейских государств в отношении замороженных российских государственных активов за рубежом.
В случае если Европейский союз примет решение об их конфискации, российские власти могут перейти от временного управления активами западных компаний к окончательной экспроприации. Угроза уже прозвучала публично, а решения по Auchan и Nestlé показали, что механизм административного захвата контроля создан и применяется.
Так Кремль формирует модель экономического шантажа, в которой присутствие европейского бизнеса в России связывается с внешнеполитическими решениями ЕС. Москва получает возможность переносить противостояние с уровня государств непосредственно на компании и использовать их имущество для давления на правительства европейских стран.
Одновременно внутри России идет передел рынка. Наиболее рентабельные торговые сети и предприятия передаются под контроль закрытых структур, связанных с российской властью. Это закрепляет изоляцию российской экономики и демонстрирует отказ государства от соблюдения международных правовых норм в отношении собственности иностранных инвесторов.
Для западных компаний прецедент с «Ашаном» и Nestlé означает, что российские активы могут быть использованы как средство ответа не только на санкции, но и на замораживание российских средств, поддержку Украины или другие решения европейских государств. Формальное сохранение права собственности при утрате операционного контроля не защищает инвестора от фактического захвата бизнеса.
На данный момент активы остаются в режиме временного управления АО «Л.Е.В. Менеджмент», однако публичные заявления российского руководства указывают на возможность дальнейшего изъятия. Следующим формальным шагом может стать переход от административного контроля к безвозмездной передаче имущества российскому государству.
