Администрация президента США Дональда Трампа, как сообщается, рассматривает бывшего премьер-министра Венгрии Виктора Орбана в качестве кандидата на пост генерального секретаря ООН. Официального выдвижения пока нет, однако предполагаемая поддержка со стороны Вашингтона, Москвы и Пекина уже превращает борьбу за преемника Антониу Гутерриша в спор о границах независимости международной организации.
О возможных планах США 25 октября 2026 года сообщил The Wall Street Journal в авторской публикации. В статье утверждается, что американская администрация рассчитывает на приемлемость Орбана для России и Китая. Представитель Государственного департамента США, как сообщается, назвал восемь членов Совета Безопасности ООН потенциально надежными сторонниками венгерского политика и еще десять стран, с которыми можно было бы добиваться согласия.
Эти цифры не являются официальными обещаниями голосов. Они отражают оценку американскими чиновниками пространства для дипломатических переговоров, причем Совет Безопасности состоит из 15 членов. Публикация также не означает, что США официально выдвинули Орбана или что он уже объявил о своем участии в борьбе.
Ознакомиться с публикацией The Wall Street Journal о возможной кандидатуре Виктора Орбана.
Один из американских чиновников, по данным издания, назвал Орбана «идеальным кандидатом для консерваторов, которые поддерживают движение MAGA». Если бывший венгерский премьер решит баллотироваться, его, как ожидается, поддержат Трамп и вице-президент Джей Ди Вэнс. Источник, знакомый с ходом обсуждений, утверждает, что публичное заявление Вашингтона могут отложить до завершения промежуточных выборов в США. Американские чиновники также пришли к выводу, что Орбан в целом положительно относится к должности, хотя и сохраняет оговорки.
Назначение зависит от пяти постоянных членов
Генерального секретаря ООН не избирают напрямую на заседании Генеральной ассамблеи. Сначала кандидатуру должен рекомендовать Совет Безопасности, а затем ее утверждает Генеральная ассамблея. Для рекомендации необходимо как минимум девять голосов из 15. Кроме того, против кандидата не должен выступить ни один из пяти постоянных членов Совета: США, России, Китая, Франции и Великобритании.
Поэтому процедура назначения представляет собой не обычные выборы, а многосторонние переговоры. Претенденту нужна широкая поддержка, но одновременно он должен быть приемлемым для всех государств, обладающих правом вето. Если Вашингтон, Москва и Пекин действительно смогут согласовать кандидатуру Орбана, это повысит его шансы на первом этапе. Одновременно возникнет вопрос о политической цене такой поддержки.
Генеральному секретарю приходится работать с правительствами, которые нередко находятся по разные стороны международных конфликтов. Его авторитет зависит не только от формальных полномочий, но и от восприятия его как достаточно независимого посредника. Кандидат, которого считают результатом договоренности великих держав, еще до вступления в должность может столкнуться с недоверием со стороны значительной части стран — членов ООН.
Второй пятилетний срок Антониу Гутерриша заканчивается 31 декабря 2026 года. Новый руководитель организации должен приступить к работе 1 января 2027 года. Помимо Орбана, среди возможных претендентов называют генерального секретаря Конференции ООН по торговле и развитию и бывшего вице-президента Коста-Рики Ребеку Гринспан, генерального директора Международного агентства по атомной энергии Рафаэля Гросси, бывшего председателя Генеральной ассамблеи ООН и экс-министра иностранных дел Эквадора Марию Фернанду Эспиносу, постоянного представителя Гайаны при ООН Каролин Родригес-Биркетт и бывшего постоянного представителя ОАЭ при ООН Лану Нусейбе.
Почему прошлый курс Орбана имеет значение
Спор вокруг возможной кандидатуры связан не только с арифметикой голосов. В центре внимания окажется внешнеполитический курс Орбана во время его работы премьер-министром Венгрии. На фоне полномасштабной войны России против Украины он выступал за сохранение тесных отношений с Москвой, неоднократно возражал против усиления европейских санкций и осложнял согласование решений Евросоюза о финансовой и военной помощи Киеву.
Такая политика приводила к конфликтам Будапешта с европейскими партнерами и затрудняла выработку общей реакции на российскую агрессию. Она не доказывает, как именно Орбан действовал бы на посту генерального секретаря ООН, но объясняет, почему его возможное назначение встретило бы сопротивление со стороны государств, настаивающих на ответственности агрессора и соблюдении международного права.
Критики кандидатуры могли бы опасаться, что Орбан станет делать ставку на компромиссы, снижающие дипломатическую напряженность, но недостаточно подчеркивающие ответственность за нарушение международных норм. Это политический сценарий, а не установленное последствие возможного избрания. Его обсуждение основано на позициях, которые венгерский политик ранее занимал по отношению к России, санкциям и поддержке Украины.
При этом полномочия генерального секретаря ограничены. Он не может самостоятельно вводить или отменять санкции и не обладает правом принимать решения Совета Безопасности. Влияние главы ООН носит прежде всего дипломатический характер: он определяет приоритеты секретариата, продвигает переговорные форматы, привлекает внимание к отдельным кризисам и формирует тон публичных заявлений организации.
Именно в этой сфере возможное избрание Орбана могло бы иметь последствия. Россия и Китай стремятся усилить влияние на международные дискуссии о войне против Украины и принципах мирового порядка. Генеральный секретарь не способен единолично изменить позицию Совета Безопасности, но может придавать больше внимания отдельным темам, поддерживать определенные форматы посредничества и влиять на язык, которым ООН описывает конфликты.
Европейский спор о цене международного признания
Для Евросоюза продвижение Орбана на высший дипломатический пост стало бы не только внешнеполитическим, но и символическим вызовом. Венгерское правительство много лет конфликтует с европейскими институтами по вопросам верховенства права, независимости судебной системы и свободы средств массовой информации. Будапешт также блокировал или задерживал общие решения по помощи Украине, миграционной и энергетической политике.
Назначение политика с таким политическим прошлым могло бы восприниматься как международное признание курса, расходящегося с принципами, которые многие страны ЕС заявляют как основу своей политики. Это поставило бы под вопрос убедительность европейских призывов к демократии, правам человека и соблюдению международного права в других регионах мира.
Решение могло бы повлиять и на внутриполитические споры в самом Евросоюзе. Евроскептические и популистские движения получили бы возможность представить возможное продвижение Орбана как доказательство того, что национальное блокирование общих решений приносит больше результатов, чем коллективная политика. В таком случае борьба за должность в Нью-Йорке отразилась бы и на балансе сил внутри Европы.
Пока неясно, согласится ли Орбан официально участвовать в гонке и превратит ли администрация Трампа предварительные консультации в открытое одобрение. До этого его кандидатура остается возможностью, о которой сообщила пресса. Но сама эта возможность уже выявила главное противоречие процедуры: будущий генеральный секретарь должен получить согласие держав, способных заблокировать его назначение, и одновременно сохранить достаточную независимость, чтобы не выглядеть их общим представителем.
