Словакия и Россия восстанавливают обмен военными атташе после нескольких лет почти свернутых контактов. Для Братиславы это способ вернуть официальный канал оборонного диалога, однако на фоне сближения правительства Роберта Фицо с Москвой решение вызывает опасения у европейских партнеров: дипломатическое представительство может стать площадкой для разведывательной работы, дезинформации и влияния.
Речь не идет о том, что сам факт назначения военного атташе доказывает проведение тайных операций. Вопрос в другом: какие возможности получает российская сторона в стране Евросоюза и НАТО, где политические барьеры для восстановления контактов заметно снизились.
После высылок Москва искала новые каналы
После начала полномасштабного вторжения России в Украину европейские государства массово высылали российских дипломатов, которых подозревали в работе, несовместимой с дипломатическим статусом. В июле 2022 года глава британской разведки МИ-6 Ричард Мур заявил, что из европейских стран были высланы более 400 российских разведчиков, работавших под дипломатическим прикрытием. По его оценке, это примерно вдвое сократило разведывательные возможности Москвы в Европе.
Одним из главных российских опорных пунктов в Евросоюзе стала Венгрия. После политических изменений в Будапеште Москва, как утверждается, начала искать дополнительные маршруты для восстановления своего присутствия в регионе. Словакия стала одним из наиболее удобных вариантов после возвращения Фицо на пост премьер-министра осенью 2023 года.
Еще в 2022 году Братислава занимала противоположную позицию. 14 марта страна выслала трех российских дипломатов после задержания людей, которых словацкие спецслужбы подозревали в шпионаже в пользу России в оборонной сфере. 30 марта Министерство иностранных дел Словакии объявило о сокращении российского дипломатического персонала на 35 человек.
Среди высланных оказался российский военный атташе Сергей Соломасов. Словацкие власти обвинили его в шпионаже и сборе секретной информации. По данным следствия, в апреле 2021 года он завербовал автора издания Главные новости Богуша Гарбару для получения закрытых сведений за деньги. В марте 2022 года словацкие СМИ опубликовали запись оперативного наблюдения, на которой, как сообщалось, Соломасов передает Гарбаре две купюры по 500 евро.
После высылки Соломасова должность военного атташе при российском посольстве в Братиславе долго оставалась вакантной. Это ослабило официальное присутствие российской военной разведки в стране, но не устранило интерес Москвы к словацкому направлению.
Политический разворот Роберта Фицо
Смена правительства изменила условия для восстановления военных контактов. Кабинет Фицо отказался от передачи Украине вооружений из запасов словацкой армии, а в ноябре 2023 года отклонил 14-й пакет военной помощи, подготовленный предшественниками.
Сближение с Кремлем сопровождалось прямыми встречами премьер-министра с Владимиром Путиным. 22 декабря 2024 года Фицо впервые с 2016 года приехал в Москву. На переговорах обсуждались транзит газа, энергоснабжение и нормализация отношений. 3 марта 2025 года словацкий премьер подтвердил, что Братислава не будет выделять бюджетные средства на военную и финансовую помощь Киеву.
9 мая 2025 года Фицо снова встретился с Путиным в Москве и выступил против новых политических барьеров между Евросоюзом и Россией. Позже, 10 декабря, он написал председателю Европейского совета Антониу Коште о намерении блокировать финансирование военных расходов Украины на 2026 и 2027 годы, объяснив позицию стремлением к миру.
Министр обороны Словакии Роберт Калиняк также заявлял, что Братислава не рассматривает Россию как угрозу. Эта оценка вызвала критику со стороны европейских партнеров. Политические решения правительства Фицо сами по себе не свидетельствуют о превращении Словакии в российскую разведывательную базу, но они сняли часть препятствий, мешавших восстановлению официальных контактов.
Кого Москва направляет в Братиславу
8 октября 2026 года появились сообщения о восстановлении обмена военными атташе между Словакией и Россией. Братислава направила в Москву двух офицеров, а российская сторона согласовала кандидатуру своего представителя.
Словацким военным атташе стал бригадный генерал Славомир Ставиарский, его заместителем назначен полковник Иво Гахир. Общественный вещатель СТВР сообщал, что Ставиарский находится в Москве с начала августа, то есть практическое восстановление контактов началось еще до официального объявления.
По данным Дойче велле от 13 октября 2026 года, российская сторона согласовала 46-летнего военно-морского офицера Максима Вережана. Ранее он работал в российском посольстве в Риме. На тот момент его имя еще не было внесено в список аккредитованных военных атташе.
До этого Москва пыталась добиться согласия Братиславы на назначение капитана 1-го ранга Максима Гаричева. В августе–сентябре 2026 года словацкая сторона отклонила его кандидатуру. В конце 2010-х годов Гаричев работал помощником военного атташе в Вене, а в 2022–2024 годах служил в подразделениях российского спецназа.
Вокруг его службы и возможного участия в операциях на оккупированных территориях распространялись утверждения о незаконных задержаниях и жестоком обращении с людьми. Эти обвинения требуют отдельного независимого подтверждения и не могут считаться установленным фактом только на основании описания его послужного списка. Однако сама попытка назначить такого кандидата показала, насколько чувствительным для принимающей страны остается вопрос о профессиональном и оперативном прошлом российских военных представителей.
Почему обмен тревожит партнеров
Депутат словацкой партии «Прогрессивная Словакия» Томаш Валашек считает, что восстановленный канал в большей степени выгоден Москве. По его оценке, словацкий представитель в России будет иметь ограниченный доступ к значимой информации, тогда как российский атташе в Братиславе получит легальные возможности для установления контактов, распространения дезинформации и усиления общественных противоречий.
Военные атташе выполняют обычную дипломатическую функцию: поддерживают контакты между оборонными ведомствами, следят за военными мероприятиями и участвуют в обмене официальной информацией. Но именно доступ к министерствам, армейским структурам, оборонным предприятиям и политическим кругам делает такие должности привлекательными для разведывательных служб. Риск возрастает, когда формальные отношения восстанавливаются быстрее, чем доверие и механизмы контроля.
В октябре 2026 года западные разведывательные службы, как сообщалось, оценивали российские операции против европейской оборонной промышленности как активизировавшиеся. В числе целей назывались руководители предприятий, обеспечивающих военную поддержку Украины. На этом фоне новый российский дипломатический канал в государстве Евросоюза и НАТО приобретает значение, выходящее за пределы двусторонних отношений.
Министерство иностранных дел Словакии объясняет восстановление контактов стремлением сохранить прагматичный диалог. Такая мотивация соответствует обычной роли военных представителей, но не снимает вопроса о контроле за их деятельностью. Для партнеров Братиславы теперь важно, станет ли обмен атташе ограниченным каналом оборонной коммуникации или более широким доступом России к контактам и влиянию в Центральной Европе.
