Отъезд из Беларуси не прекращает уголовного давления на тех, кто критикует власти. 2 ноября 2026 года стало известно о заочном преследовании Людмилы Жданко и Евгения Шпаковского, находящихся за границей. В то же время семья журналиста-расследователя Дениса Ивашина уже более 20 дней не может с ним связаться.
Эти случаи показывают два разных механизма давления: уголовные дела против людей, которые физически находятся вне страны, и почти полную неопределённость вокруг заключённых, доступ к которым для родственников и независимых наблюдателей ограничен. Обвинения против Жданко и Шпаковского исходят от белорусских властей и не являются независимо установленными судом фактами.
Дела против граждан за пределами Беларуси
Людмила Жданко ранее содержала в польском Белостоке магазин белорусской национальной символики и занималась волонтёрской деятельностью. Как сообщалось, в отношении неё начато заочное преследование по обвинениям в содействии «экстремистской деятельности» и «оскорблении представителя власти».
Отдельное производство, по имеющейся информации, возбуждено против Евгения Шпаковского. Ему вменяют угрозы или насилие в отношении сотрудников правоохранительных органов, «оскорбление» Александра Лукашенко и представителя власти.
Из опубликованных сведений нельзя оценить, на каких именно действиях основаны обвинения и насколько они обоснованны. Полные материалы дел и результаты независимого судебного рассмотрения недоступны. Поэтому сам факт возбуждения производства не означает, что Жданко или Шпаковский признаны виновными.
Практический эффект таких дел, однако, может быть ощутимым ещё до вынесения решения. Заочное производство позволяет властям продолжать уголовное преследование, пока обвиняемый находится в другой стране. Возвращение в Беларусь в таком случае может стать рискованным, а поездки — требовать дополнительной оценки возможных последствий. Неопределённость способна затрагивать и родственников, которые остаются внутри страны.
Для белорусских активистов и других критиков властей это означает, что эмиграция не даёт полной защиты от новых действий силовых органов. Отъезд может снизить риск немедленного задержания, но не отменяет возможности возбуждения дела и связанных с ним ограничений. При этом из двух конкретных случаев нельзя делать вывод, что уголовному преследованию автоматически подвергается каждый белорус, находящийся за рубежом.
Более 20 дней без связи с журналистом
Параллельно семья Дениса Ивашина сообщила о длительном отсутствии контакта с ним. Журналист-расследователь был осуждён в 2022 году на 13 лет и один месяц лишения свободы по обвинениям в государственной измене и незаконном сборе и распространении частных сведений.
Родственники предполагают, что Ивашина могли повторно поместить в штрафной изолятор. Эта версия не подтверждена независимо. Само по себе отсутствие звонка или письма не позволяет установить, что именно произошло с заключённым.
Но из-за перерыва в связи семья не может надёжно проверить его местонахождение, состояние здоровья и наличие дисциплинарного взыскания. В системе, где доступ родственников, адвокатов и независимых наблюдателей к заключённым ограничен, даже обычная задержка в общении может превратиться в длительный период неизвестности.
Если Ивашин действительно находится в штрафном изоляторе, это означало бы дополнительное усиление его изоляции. Пока же близкие не могут отличить дисциплинарную меру от временного сбоя в коммуникации или более серьёзного ухудшения его положения. Именно отсутствие подтверждённой информации становится самостоятельной проблемой для семьи.
О преследовании Жданко и Шпаковского, а также о ситуации вокруг Ивашина сообщалось в материале Spring96. Открытыми остаются два конкретных вопроса: объяснят ли белорусские власти основания заочных производств и подтвердят ли, где находится Ивашин и в каком он состоянии.
