Пациенты с сахарным диабетом как минимум в 33 регионах России не могут надежно получить глюкагон — препарат для экстренной помощи при опасном падении уровня сахара в крови. По сообщениям от 27 октября 2026 года, в одних субъектах поставок приходится ждать месяцами, а в других лекарство исчезло даже из платной продажи.
Глюкагон нужен в ситуации, когда тяжелая гипогликемия лишает человека возможности самостоятельно принять сахар или другое средство. При потере сознания счет может идти на минуты: без своевременной помощи возрастает риск комы, необратимого поражения мозга и смерти. Однако, по данным аптечных агрегаторов, свободно купить препарат удается только в четырех регионах.
О нехватке сообщают жители Башкортостана, Бурятии, Коми, Удмуртии, Алтайского края и других субъектов. В некоторых аптеках пациентам называют сроки ожидания до нескольких месяцев. Обращения поступают в Росздравнадзор и прокуратуру — люди пытаются добиться лекарства, которое должно предоставляться в том числе по государственным программам.
О ситуации сообщило издание «Известия». Представители профильных организаций связывают дефицит с затянувшейся перерегистрацией препарата, срывами государственных закупок и накопившимся неудовлетворенным спросом.
Почему поставки не восстанавливаются
Перерегистрация может временно осложнить обращение препарата, но затем лекарство должно пройти следующий этап — попасть в закупки, региональные запасы и аптечную сеть. Если на тендер не выходит поставщик или условия закупки оказываются для него экономически непривлекательными, регион остается без стабильного источника поставок.
Так формируется цепочка задержек. Сначала сокращается или прерывается поступление препарата. Затем растет число пациентов, ожидающих выдачи или ищущих лекарство самостоятельно. Когда новая партия наконец появляется, ее может не хватить для покрытия накопившегося спроса. Следующая закупка при этом снова оказывается под вопросом.
Для больного причина сбоя не меняет результата. Неважно, остановилась ли цепочка на перерегистрации, тендере или распределении: в момент необходимости глюкакона нет в аптеке или у пациента дома. По имеющимся сообщениям, перебои продолжаются уже более года, что указывает не на единичную задержку, а на устойчивую проблему сразу в нескольких звеньях системы.
Отсутствие препарата особенно опасно потому, что его нельзя заменить обычным ожиданием плановой поставки. Человек с диабетом может столкнуться с тяжелой гипогликемией неожиданно, а обещание привезти лекарство через несколько месяцев не создает защиты от экстренного состояния сегодня.
Цена дефицита выросла в двадцать раз
Там, где глюкагон все же появляется в продаже, его стоимость становится отдельным препятствием. Цена отдельных предложений, по сообщениям, увеличилась примерно с 700 рублей до 14 тысяч — в 20 раз. Для многих семей это означает, что препарат, который должен предоставляться бесплатно или по льготной схеме, превращается в крупную личную трату.
Пациентам приходится обзванивать аптеки, отслеживать неопределенные даты поставок, искать лекарство в другом регионе или обращаться к надзорным органам. Те, у кого есть сбережения, родственники в крупных городах или возможность съездить за препаратом, получают больше вариантов. Для людей с ограниченным доходом повышенная цена может сделать покупку невозможной.
Формальное право на бесплатное лекарство в таких условиях не гарантирует его фактического получения. Если региональная поставка сорвана, человеку остается либо ждать, либо покупать препарат за свой счет, либо пытаться добиться вмешательства чиновников. Для экстренного средства все эти варианты означают потерю времени.
Вызов скорой не заменяет домашний запас
В некоторых регионах пациентам, которым положен бесплатный глюкагон, предлагают рассчитывать на скорую помощь. Экстренная бригада необходима при тяжелом состоянии, но она не заменяет препарат, который должен находиться у больного или его близких заранее.
Гипогликемия способна быстро привести к потере сознания. Пока родственники вызывают медиков, бригада добирается до адреса, а затем оценивает состояние пациента, может пройти критически важное время. Итог зависит от расстояния, дорожной обстановки, загруженности службы и наличия глюкагона в конкретной машине.
Таким образом, профилактическая лекарственная помощь подменяется реакцией уже начавшегося кризиса. Государственная система фактически перекладывает часть ответственности на пациента и его семью: они должны заранее предвидеть риск, самостоятельно искать редкий препарат и быть готовыми заплатить за него многократно больше прежнего.
Место проживания определяет доступ
Дефицит усиливает различия между регионами. В Москве и Санкт-Петербурге глюкагон, по имеющимся сообщениям, еще можно найти в отдельных аптеках. В других субъектах пациенты не могут приобрести его даже за деньги. Поэтому доступ зависит не только от медицинских показаний, но и от адреса, дохода и способности искать поставки за пределами своего региона.
Такая ситуация особенно тяжела для жителей удаленных территорий. Если ближайшая аптека не располагает препаратом, а новая поставка ожидается через несколько месяцев, поездка в другой город может оказаться единственным вариантом — и одновременно недоступным по финансовым или логистическим причинам.
Проблема с глюкагоном показывает, как административные процедуры и неудачные закупки превращаются в непосредственный риск для людей с хроническим заболеванием. Пока не завершится перерегистрация, не появятся устойчивые контракты с поставщиками и не будут восстановлены региональные запасы, безопасность пациента будет зависеть от того, где он живет и может ли он самостоятельно обойти сбой в системе.
Открытым остается вопрос, когда поставки станут регулярными и каким образом будет закрыт накопившийся спрос. Для больных диабетом это не вопрос удобства: от наличия препарата под рукой может зависеть исход внезапного приступа.
