Российские власти передали под контроль компании «Центр Капитал» акции российского предприятия французского производителя напольных покрытий Tarkett. Указ, опубликованный 15 октября 2026 года, не означает автоматически завершенную национализацию, но лишает иностранного владельца прямого влияния на местный бизнес.
Обыкновенные и привилегированные акции АО «Таркетт» до этого принадлежали дочерней структуре международной группы, зарегистрированной в сербской Бачка-Паланке. Теперь они переданы во внешнее управление. Одновременно тот же указ затронул российские активы других иностранных предприятий, включая «Каппа Рус», «Онтекс Ру», «Эвиосис Пэкэджинг Кубань» и «Менсен Пакажинг СНГ».
Для владельцев это означает разрыв между формальным правом на акции и реальной возможностью управлять компанией. Российская структура, получившая контроль, может влиять на руководство, стратегию и использование прибыли, тогда как прежний акционер теряет возможность свободно распоряжаться активом.
Deutsche Welle сообщила о передаче российских активов Tarkett во внешнее управление. Издание также рассмотрело положение западных торговых сетей, оказавшихся в аналогичной ситуации.
От производства напольных покрытий до торговых сетей
Tarkett входит в число крупных мировых производителей напольных покрытий для жилых, коммерческих, промышленных и спортивных объектов. У группы 34 завода, в том числе два в России, а также восемь предприятий по переработке изношенных покрытий. Поэтому решение касается не только бренда или офиса продаж, а уже созданной производственной системы с персоналом, оборудованием и цепочками поставок.
В конце сентября — начале октября 2026 года внешнее управление было введено и в отношении российских активов французских сетей Auchan и Leroy Merlin, немецкой Metro, швейцарской Nestle и других иностранных компаний. В отдельном материале Deutsche Welle проследила судьбу иностранных торговых сетей в России — от внешнего управления до поиска новых владельцев.
Юридический результат в каждом случае может отличаться. Внешнее управление само по себе не равно окончательной передаче имущества государству. Однако механизм позволяет изменить фактического руководителя работающего предприятия без добровольной сделки с иностранным собственником. В дальнейшем актив может вернуться прежнему владельцу, перейти к российскому покупателю или остаться под государственным контролем.
Дополнительную неопределенность создают ограничения на продажу долей и выплату дивидендов. Компания, которая хочет постепенно сократить присутствие в России, может столкнуться с тем, что она по-прежнему несет местные расходы и обязательства, но уже не способна свободно продать бизнес, вывести капитал или распорядиться прибылью.
Инфраструктура, которую трудно вывести
Сеть Metro показывает, почему масштаб местного бизнеса одновременно выглядит как преимущество и повышает уязвимость. Немецкий ритейлер продолжал работать в России через 91 торговый центр в 51 регионе. Такой бизнес включает не только магазины и товары, но также склады, логистику, сотрудников, договоры с поставщиками и накопленные знания о рынке.
После смены управляющей структуры вся эта инфраструктура остается на месте и может использоваться новым контролирующим лицом. Та же логика применима к промышленным предприятиям Tarkett: заводы и налаженные поставки не нужно строить заново, даже если иностранный акционер больше не определяет стратегию бизнеса.
Многие западные компании сохранили часть операций в России после начала полномасштабного вторжения России в Украину 24 февраля 2022 года. Они ссылались на необходимость обслуживать потребителей, сохранять рабочие места и защищать многолетние инвестиции. Продолжение работы позволяло поддерживать производство и торговлю, но не стало гарантией защиты от последующего вмешательства властей.
В случае с Metro Восточный комитет немецкой экономики заявил, что передача российских активов компании вновь продемонстрировала серьезный ущерб правовой и инвестиционной безопасности в России. Это оценка делового объединения, а не судебное решение, однако она отражает практическую проблему: права акционеров становятся менее предсказуемыми, если административный указ может изменить контроль над работающим предприятием.
Ответ на санкции и возможное расширение давления
Источники Reuters в российском правительстве описали изъятие западных активов как часть спланированной кампании в ответ на санкции Европейского союза против России. Это объяснение мотивов, приписываемое правительственным источникам; оно не доказывает независимо причины каждого отдельного указа. Но последовательность решений показывает, что давление затрагивает сразу несколько европейских компаний и отраслей.
Для российских властей такие активы имеют двойную ценность. Магазины и заводы продолжают обеспечивать поставки, занятость и налоговые поступления. Одновременно контроль над ними может использоваться как инструмент давления на европейские правительства, поддерживающие санкции. Для иностранных компаний риск получается несимметричным: сохранение работы не защищает собственность, а уход из России все труднее провести на обычных коммерческих условиях.
Reuters также сообщало, что российские правительственные источники не исключают возможного введения внешнего управления в отношении российских подразделений итальянского банка UniCredit и австрийской группы Raiffeisen. Пока это лишь возможный сценарий, а не объявленное решение. Его реализация означала бы перенос того же конфликта в финансовый сектор, где под угрозой оказались бы банковские операции, расчеты и обслуживание клиентов.
Случай Tarkett меняет главный расчет для компаний, которые продолжают работать в России. Вопрос теперь заключается не только в прибыльности местного бизнеса или способности выдержать санкционные и репутационные риски. Не менее важно, сохраняет ли иностранный собственник базовое право самостоятельно решать судьбу своих активов. Остается неясным, будет ли внешнее управление временной мерой или превратится в постоянный способ передачи западного бизнеса российским структурам.
