Словакия не считает Россию угрозой и выступает против автоматического ответа НАТО на каждый инцидент в воздушном пространстве стран альянса. Об этом 6 октября 2026 года заявил министр обороны и вице-премьер Роберт Калиняк, защищая курс правительства Роберта Фицо на сохранение отношений с Москвой и предотвращение эскалации.
Позиция Братиславы расходится с оценками ряда европейских правительств, которые рассматривают Россию как серьезный вызов безопасности континента. При этом слова Калиняка не меняют решений НАТО и не являются официальной трактовкой альянсом конкретного нарушения воздушного пространства.
Братислава делает ставку на сдержанность
Калиняк — один из наиболее влиятельных политиков правящей партии Smer-SD, которую возглавляет премьер-министр Фицо. Выступая перед журналистами, он объяснил подход словацкого правительства стремлением поддерживать хорошие отношения с Россией и не допускать дальнейшего обострения конфликтов.
Министр также не согласился с оценкой главы внешнеполитического ведомства Германии, который назвал Москву главным источником угрозы свободе европейского континента. По словам Калиняка, официальная Братислава сейчас не воспринимает Россию Владимира Путина как угрозу.
Это политическая оценка словацкого правительства, а не изменение договоров или доктрины НАТО. Но ее значение выходит за рамки двусторонних отношений с Москвой. Словакия одновременно является членом Европейского союза и НАТО, где общая безопасность во многом зависит от того, насколько согласованно союзники определяют риски.
Для государств, считающих Россию активной угрозой, такая риторика может выглядеть как ослабление общего сигнала сдерживания. Братислава представляет тот же курс иначе: как способ снизить вероятность прямого столкновения и сохранить пространство для дипломатии.
Что означают статьи 4 и 5
Наиболее конкретно Калиняк высказался о возможных нарушениях воздушного пространства стран НАТО беспилотниками. Альянс, по его мнению, не должен реагировать на каждый подобный случай активацией статьи 5. Министр призвал различать провокацию, инцидент в сфере безопасности и вооруженное нападение.
Статья 5 Североатлантического договора закрепляет принцип коллективной обороны: вооруженное нападение на одного союзника рассматривается как нападение на всех. При этом она не предписывает автоматически одинаковый военный ответ. Каждый участник альянса самостоятельно определяет меры, которые считает необходимыми.
Поэтому применение статьи 5 имеет не только военное, но и политическое значение. Оно показывает, что союзники считают порог вооруженного нападения преодоленным. Калиняк настаивает, что одной угрозы или нарушения воздушного пространства для этого недостаточно.
Для ситуаций, когда безопасность, территориальная целостность или политическая независимость государства находятся под угрозой, но вооруженное нападение не установлено, министр предложил ориентироваться на статью 4. Она позволяет союзникам проводить консультации, обмениваться информацией и обсуждать совместные меры.
Статья 4 не означает бездействия, а статья 5 не является автоматическим переключателем военного ответа. Разница между ними заключается в уровне политической и правовой оценки происшествия. В первом случае союзники могут координировать действия, не объявляя инцидент вооруженным нападением; во втором фиксируется более высокий порог угрозы.
Где проходит граница между осторожностью и слабостью
Аргумент Братиславы отражает сложную задачу для НАТО. Если любой неясный инцидент трактовать как начало войны, это может ускорить прямую конфронтацию. Но отсутствие понятной реакции на повторяющиеся нарушения способно привести к их постепенной нормализации и снизить цену новых проверок готовности альянса.
При оценке конкретного случая важны его происхождение, намерение, последствия и повторяемость. Неустановленный полет беспилотника нельзя автоматически приравнивать к преднамеренному удару, повлекшему разрушения или жертвы. Одновременно серия похожих эпизодов может иметь иное политическое значение, чем единичное происшествие.
Калиняк не назвал виновного в каком-либо конкретном случае с беспилотником или ракетой. Его выступление также не свидетельствует о решении НАТО по определенному инциденту. Это призыв установить высокий порог перед тем, как считать событие вооруженным нападением.
Критики такой позиции считают, что она может преуменьшать риски, связанные с российской военной активностью у границ стран альянса, и затруднять формирование единого сигнала сдерживания. Для словацкого правительства, напротив, именно сдержанность должна уменьшать вероятность эскалации.
Подход Братиславы будет проверен не формулировками, а действиями в случае более серьезного или повторяющегося инцидента. Тогда Словакии придется определить вместе с союзниками, остается ли событие провокацией, требует ли консультаций по статье 4 или пересекает порог, о котором говорится в статье 5.
Репортаж JOJ24 о высказываниях Роберта Калиняка
