Война России против Украины постепенно превращается из регионального конфликта в часть глобального противостояния, связывающего Европу, Ближний Восток и Азию. Как отмечает обозреватель Bloomberg Хэл Брэндс, Москва, Пекин, Тегеран и Пхеньян формируют все более тесную систему взаимодействия, направленную на ослабление США и западной системы союзов.
Для Европы это означает, что поддержка Украины и сдерживание России становятся вопросами не только украинской территории. Речь идет о будущем балансе сил на континенте и за его пределами. Подробный разбор Bloomberg показывает, как разные конфликты и военные кризисы начинают работать в рамках одной взаимосвязанной системы.
Переломным моментом стал 2022 год, когда Россия начала полномасштабное вторжение в Украину и столкнулась с международной изоляцией. После этого Москва стала значительно сильнее зависеть от авторитарных партнеров, а сотрудничество между четырьмя государствами получило военное, технологическое и экономическое измерение.
Взаимная поддержка вместо отдельных сделок
Китай поддержал российскую экономику торговлей и поставками технологий. Иран предоставил России беспилотники. Северная Корея, по данным Bloomberg, поставляла боеприпасы и ракеты, а также оказывала военную поддержку. Эти связи позволяют Москве продолжать войну и компенсировать последствия давления со стороны западных стран.
При этом сотрудничество не ограничивается односторонней помощью России. Москва делится с Ираном разведывательной информацией и военными технологиями, помогает Северной Корее развивать вооружения и защищает Пхеньян от международного давления.
Китай также получает от России доступ к военным разработкам, включая технологии противовоздушной обороны и противолодочной борьбы. В результате формируется обмен ресурсами и возможностями, в котором каждый участник получает инструменты для усиления собственного положения и противодействия Западу.
У государств этой группы разные интересы и собственные цели. Однако их объединяет стремление ослабить США, ограничить влияние западных союзов и создать условия, в которых давление со стороны Европы и Северной Америки становится менее эффективным.
От Украины до Индо-Тихоокеанского региона
Особое значение имеют российско-китайские военные учения, проходящие от Восточно-Китайского моря до Арктики. Москва и Пекин демонстрируют, что в случае серьезного международного кризиса их взаимодействие может выйти далеко за рамки торговли и экономических контактов.
Такие учения имеют значение не только как отдельные военные мероприятия. Они показывают возможность координации между двумя крупными державами на разных направлениях и одновременно подают Западу сигнал о том, что Россия и Китай готовы расширять практическое сотрудничество в сфере безопасности.
На этом фоне война в Украине, противостояние на Ближнем Востоке и потенциальные кризисы в Азии перестают выглядеть полностью раздельными проблемами. Связи между ними проходят через поставки вооружений, обмен технологиями, разведывательное сотрудничество и политическую защиту.
Для европейских стран это меняет саму оценку угроз. Если раньше безопасность Украины, Ближнего Востока и Индо-Тихоокеанского региона можно было рассматривать как отдельные направления, теперь границы между ними размываются. Решения, принимаемые в одном регионе, могут укреплять военные возможности и политическую устойчивость партнеров России в другом.
Поэтому надежда на простой «обратный Киссинджер» — попытку отдалить Москву от Пекина с помощью уступок России — выглядит все менее реалистичной. Интересы четырех режимов пересекаются достаточно сильно, чтобы поддерживать их взаимодействие, несмотря на различия в целях и возможностях.
Новая логика глобального противостояния
Bloomberg не утверждает, что мир уже оказался в глобальном конфликте масштаба Второй мировой войны. Но, по оценке издания, формируется другая опасная реальность: авторитарные государства помогают друг другу вести войны, обходить западное давление и одновременно создавать кризисы в разных частях планеты.
Эта система не обязательно требует единого командования или формального военного договора. Ее устойчивость обеспечивается практическими обменами: одни участники предоставляют оружие и боеприпасы, другие — технологии, разведданные, экономические каналы или дипломатическую защиту.
Россия в этой конструкции остается центральным участником европейского конфликта, но ее взаимодействие с Китаем, Ираном и Северной Кореей расширяет последствия войны далеко за пределы Украины. Москва получает внешнюю поддержку, а партнеры — доступ к российским возможностям, опыту и ресурсам.
Для Европы вывод становится все более очевидным: помощь Украине связана не только с защитой ее международно признанных границ. Она определяет, насколько успешным окажется сдерживание России и какой баланс сил сложится на континенте и за его пределами в следующие десятилетия.
Сейчас война России против Украины остается главным звеном этой системы взаимной поддержки. Одновременно продолжается укрепление связей Москвы, Пекина, Тегерана и Пхеньяна, поэтому европейская безопасность рассматривается уже в контексте нескольких связанных между собой региональных кризисов.
Все это слишком запутано и страшно, как можно вообще предсказать следующее движение России и ее союзников, может нам вообще уже готовится к плохему?
Как же всё запущено, целый альянс против Запада формируется, а мы тут своё болото копаем. Надо как-то действовать, а не только наблюдать, иначе будет поздно