Эксперты сомневаются в потенции ВПК.
В интервью Le Figaro французский президент Эмманюэль Макрон заявил, что хотел бы выделять на оборону «около 3–3,5% ВВП» вместо нынешних 2,1%. Бюджеты армии утверждаются в законе о военном планировании, ныне действующий закон охватывает период 2024–2030 годов и предусматривает расходы в объеме 413 миллиардов евро. На 2025 год на оборонные нужды выделено 50,5 миллиардов евро. Если бы Франция тратила 3,5% ВВП (исходя из текущего уровня), то выделяла бы на оборону 70 миллиардов евро в год.
Глава Французской Республики с 2022 года утверждает, что Франция должна перейти к «военной экономике», однако ситуация в стране значительно отличается от того, что происходит в Украине и России. Европейские страны с трудом достигают уровня военных расходов в 2% ВВП, в то время как Дональд Трамп требует от союзников 5%.
Измениться должна и сама роль французских войск. «До сих пор мы довольствовались малочисленными экспедиционными корпусами и рассчитывали на американцев в стратегически важных вопросах», –говорит военный источник.
Ослабление американского присутствия в Европе серьезно повлияет на логистику, командные структуры и оснащение армии. При финансировании на уровне 3,5% ВВП «можно было бы ликвидировать нехватку оборудования, которая сдерживает наши армии. Этого не хватит для значительного увеличения численности войск, но достаточно, чтобы нарастить потенциал и пополнить запасы», – считает Эли Тененбаум, директор Центра исследований безопасности при Французском институте международных отношений (IFRI).
Дополнительные инвестиции потребуют и выбора между усилением обычных вооружений и развитием ядерного сдерживания. Эмманюэль Макрон намерен инициировать общеевропейскую дискуссию о роли французского ядерного потенциала.
В области обычных вооружений Франция могла бы инвестировать в различные направления: усиление ПВО (закупка ракет Aster 15 и 30 для фрегатов и наземных систем MAMBA, дополнительные батареи ПВО), усиление дальнобойной артиллерии, реальное финансирование проекта MGCS (Main Ground Combat System – франко-германская программа по созданию основного боевого танка нового поколения, который придет на смену французскому танку Leclerc и немецкому Leopard) и расширение авиапарка. Однако даже такой рост финансирования не позволил бы построить еще один авианосец, сформировать новые дивизии или провести массовые закупки техники.
Эксперты отмечают, что ситуация имеет некоторые параллели в истории Франции, но современная Европа еще далека от настоящей «военной экономики», в то время как Россия перевела практически всю свою экономику на военные рельсы.
Готов ли французский военно-промышленный комплекс принять подобный вызов?
С одной стороны, Франция является производителем современного оружия: самоходных артиллерийских установок CAESAR, ракет Aster для систем ПВО и ПРО, крылатых ракет SCALP, а также бронетехники.
Благодаря таким предприятиям, как Nexter, Dassault, Thales и MBDA, французская промышленность охватывает широкий спектр оружейного производства, в который входят артиллерия, авиация, ракеты и военная электроника.
Франция также — одна из немногих европейских стран, имеющая оборонную промышленность, способную разрабатывать оружие от начала до конца, не будучи чрезмерно зависимой от США. В настоящее время французский военно-промышленный комплекс включает девять крупных промышленных групп: Airbus Defence and Space, Ariane Group, Arquus, Dassault Aviation, MBDA, Naval Group, KNDS France, Safran, Thales. В стране также зарегистрировано 4500 предприятий малого и среднего бизнеса, 1000 из которых считаются стратегическими. Прямой и косвенный оборот составляет около 30 миллиардов евро в год на 210 000 рабочих мест.
Однако за время войны в Украине французские оружейные запасы уже сократились, а наращивание промышленного производства требует времени.
Запасы боеприпасов французской армии в 2023 году «вызывали беспокойство». В двух парламентских отчетах подчеркивалось, что запасы были рассчитаны с минимальным избытком и задействованы для поддержки военных усилий в Украине, а производственный цикл значительно превышает сроки реагирования, необходимые вооруженным силам в случае кризиса высокой интенсивности. Например, производство 155-мм снарядов занимало от 10 до 20 месяцев, а ракет «Метеор» — до 36 месяцев.
ЕС и, в том числе, Франция испытывают также трудности с координацией быстрого реагирования, а расширение производства требует значительных инвестиций. При этом, как и другие европейские страны, Франция зависит от глобализованных цепочек поставок некоторых критически важных компонентов
Может ли рост производства европейских вооружений компенсировать уход американцев?
В краткосрочной перспективе — нет: Соединенные Штаты поставляют Украине такие объемы боеприпасов и оружия (HIMARS, ATACMS, 155-мм снаряды), которые Европа не может немедленно заменить. В среднесрочной перспективе, Франция и ЕС наращивают усилия по производству большего количества оружия и боеприпасов, но это займет несколько месяцев, а то и лет.
Новый французский закон о военном бюджете (LPM) на 2024–2030 годы с его 413 миллиардами евро, из которых 100 миллиардов выделяются только на крупные программы вооружения, уже кажется недостаточным перед лицом надвигающегося вызова.
Дополнительные расходы на военные операции в других регионах мира (в том числе на Ближнем Востоке и в Новой Каледонии) не были учтены в бюджете, и министерство обороны вынуждено идти на компромиссы, включая отсрочку повышения зарплат офицерам и возможную приостановку некоторых крупных проектов, таких как европейский истребитель следующего поколения (SCAF) и новый авианосец с ядерной силовой установкой.
В 2023 году экспорт французского военного оборудования значительно сократился, составив 8,2 миллиарда евро по сравнению с 26,9 миллиардами в 2022 году. Главной причиной снижения стало отсутствие крупных контрактов на истребители Rafale, которые обычно составляют основу французского оружейного экспорта — в 2022 году ОАЭ заказали 80 таких самолетов на сумму 16,9 миллиардов евро.
У Франции сейчас есть только одна производственная площадка боеприпасов, тогда как в 1990-х годах их было пять. Нынешние мощности покрывают лишь 30% возросших потребностей в случае конфликта высокой интенсивности. Чтобы исправить ситуацию, компания Eurenco перенесла свое производство пороха для крупных калибров в Бержерак, инвестировав 60 миллионов евро.
В недавнем исследовании «Оборонная промышленность в 2024 году» указывается, что европейская промышленность теперь должна работать на двух различных рынках. С одной стороны, «исторический» рынок для крупных вооружений (танки, самолеты, фрегаты) характеризуется очень высокими барьерами для входа. С другой стороны, существует более гибкий «развивающийся» рынок (беспилотники, киберзащита, искусственный интеллект) с большей конкуренцией и инновациями.
