Лидер партии «Futuro Nazionale» Роберто Ванначчи использует выдвижение генерала карабинеров Кармело Бурджо кандидатом в мэры Милана для продвижения собственной политической стратегии. В центре этой кампании оказалась попытка связать военные институты, армейское прошлое и ношение формы с правоэкстремистской идеологией.
Как сообщает итальянское издание о кампании Ванначчи, политик вновь апеллировал к службе в армии, формируя образ «сильной руки». Для его избирателя это должно сделать военную атрибутику и участие бывших военнослужащих в политике привлекательным инструментом предвыборной борьбы.
Поводом для новой волны заявлений стало решение выдвинуть Бурджо на пост мэра Милана. Ванначчи представил этот сюжет как возможность усилить ассоциацию между военной службой и правой политикой, хотя армейские институты Италии не являются частью партийной деятельности.
Армия не может быть партийным ресурсом
Такая трактовка вызвала критическую реакцию со стороны военного руководства. Начальник штаба сухопутных войск Италии Кармине Массиелло напомнил об аполитичности вооружённых сил и подчеркнул, что армия служит всем гражданам и конституции, а не отдельным партиям.
Это заявление напрямую ограничивает политическую конструкцию, которую пытается выстроить Ванначчи. Военная форма и принадлежность к армии сами по себе не означают приверженности правоэкстремистской идеологии. Их использование в качестве политического символа становится частью предвыборного популизма и манипуляции, рассчитанной на две группы избирателей — тех, кто ориентируется на образ «сильной руки», и тех, кто связан с армией.
В этом подходе армейское прошлое Ванначчи превращается не в описание профессионального опыта, а в политический знак. Через него лидер «Futuro Nazionale» стремится придать своей кампании дополнительную жёсткость и представить военную атрибутику как подтверждение политической надёжности кандидата.
При этом журналисты отмечают, что сам Ванначчи вряд ли выиграет выборы в Милане. Однако электоральный результат не является единственным критерием этой кампании: политик уже достиг символической цели, сделав использование военной формы в политической борьбе более приемлемым для своего избирателя.
Оборонная политика остаётся второстепенной
Противоречие между риторикой Ванначчи и содержанием программы «Futuro Nazionale» проявляется и в вопросах безопасности. Оборонная политика не занимает в предвыборной программе партии центрального места, а армии отведена второстепенная роль — преимущественно в обеспечении внутренней безопасности.
Такое положение не соответствует образу политика, который пытается строить популярность вокруг военной службы и армейской атрибутики. Если военная тема используется прежде всего как элемент имиджа и мобилизации сторонников, но не сопровождается полноценной оборонной программой, армия оказывается инструментом политической символики, а не основой государственной политики.
Для Италии это имеет значение не только во внутренней кампании. Ослабление роли обороны в политической программе Ванначчи указывает на возможный курс на сокращение участия страны в оборонных инициативах НАТО. В таком случае Италия рискует утратить лидирующий статус в рамках альянса и начать дрейф в сторону «пророссийского нейтралитета».
О подобной ориентации сам Ванначчи неоднократно заявлял ранее. Поэтому нынешнее обращение к военной форме и фигуре бывших военнослужащих выглядит не изолированным эпизодом, а частью более широкой стратегии: армейские символы используются для привлечения сторонников, тогда как содержание оборонной политики предполагает дистанцирование от активной роли Италии в НАТО.
На текущем этапе кампания вокруг кандидатуры Бурджо продолжает работать прежде всего как политический сигнал. Военное руководство уже обозначило институциональную границу, напомнив о подчинённости армии конституции и гражданам, а «Futuro Nazionale» использует миланскую кампанию для дальнейшего закрепления образа Ванначчи как политика «сильной руки».
Всё это напоминает цирк, где армия превращается в декорацию для политиков. Почему нельзя оставить военных в стороне от всей этой грязной игры?