Франция за первые три квартала 2026 года импортировала 4,7 млн тонн российского сжиженного природного газа и стала крупнейшим европейским покупателем этого топлива. Теперь Парижу предстоит заменить значительный объем поставок до 1 января 2027 года — даты, на которую Евросоюз запланировал полное эмбарго на российский СПГ.
Об этом 5 октября 2026 года сообщил «Коммерсантъ». Сам по себе объем импорта не доказывает нарушения французскими властями действующих санкций: полный запрет еще не вступил в силу. Но цифра показывает разрыв между политическим курсом Парижа, поддерживающего санкционное давление на Москву и Украину, и сохраняющимися коммерческими связями французского рынка с российской энергетикой.
Пока торговля остается возможной
Европейские ограничения уже осложнили работу российской энергетической отрасли, однако до введения полного эмбарго не перекрывают все каналы поставок СПГ в страны ЕС. Если конкретная сделка соответствует действующим правилам, компании могут закупать газ и принимать его на европейских терминалах.
Именно это объясняет, почему политическая дистанция между Парижем и Москвой пока не совпадает с расстоянием на энергетическом рынке. Французские покупатели продолжают получать российский СПГ, а производители и экспортеры в России сохраняют выручку от этих поставок. При этом имеющиеся данные не позволяют определить, какая часть доходов напрямую поступает российскому государству.
Критика Франции поэтому связана прежде всего с политическим противоречием. Париж поддерживает общий санкционный курс ЕС и выступает за помощь Украине, но французские компании остаются крупными потребителями российского топлива в рамках пока действующего правового режима. Это не является доказательством скрытых действий или незаконного поведения властей, однако делает энергетическую зависимость заметной политической проблемой.
Почему поставки трудно заменить быстро
СПГ перевозят морскими судами, а не по фиксированным трубопроводам. Груз можно направить на другой рынок, если позволяют контракты, флот и приемная инфраструктура. Такая гибкость помогла России перестраивать экспорт после изменения традиционных энергетических связей с Европой.
В сентябре 2026 года российский экспорт СПГ вырос главным образом за счет поставок в Азию и перевозок по восточному маршруту Северного морского пути. Однако переориентация части объемов на азиатские рынки не устранила европейский спрос. Франция сохранила заметную роль среди покупателей и стала крупнейшим импортером российского СПГ в Европе по итогам первых девяти месяцев года.
Замена этого топлива требует не только найти другого продавца. Французским операторам понадобятся новые контракты, доступ к альтернативным поставщикам, достаточное число судов и свободные мощности терминалов. После разгрузки газ должен попасть в хранилища и национальную сеть, а затем — к потребителям.
Поэтому политическое решение о диверсификации не останавливает поставки автоматически. Пока работают терминалы, судоходные маршруты и коммерческие договоренности, прежний поток может сохраняться. Переход на другие источники нужно подготовить заранее, иначе спрос Франции столкнется с потребностью других европейских стран одновременно искать нероссийские партии газа.
Срок до 1 января 2027 года
Планируемое эмбарго должно закрыть европейский рынок для российского СПГ. Объем французского импорта не означает, что Париж не сможет выполнить будущий запрет. Он показывает другое: чем позже начнется замещение, тем выше будут организационные и финансовые риски перехода.
Если французские компании отложат поиск альтернативных поставок до последних месяцев перед запретом, им придется конкурировать за те же партии, которые понадобятся другим государствам ЕС. Это может повысить стоимость закупок и создать нагрузку на терминалы, хранилища и межгосударственные газовые соединения.
Проблема затрагивает не только Францию. Страны Евросоюза по-разному зависят от российского топлива, поэтому переход потребует согласования объемов, инфраструктуры и расходов. Государство, которое сегодня закупает особенно много российского СПГ, должно изменить структуру снабжения так, чтобы не перенести всю нагрузку на соседние рынки.
Для России европейские покупатели пока остаются одним из коммерческих направлений сбыта, даже при росте поставок в Азию. Для ЕС французский пример становится проверкой того, сможет ли политическое решение превратиться в единую энергетическую практику. Главный вопрос к началу 2027 года — успеет ли Париж подготовить полноценную замену российского СПГ или запрет станет лишь моментом, когда давно отложенная диверсификация начнется в условиях дефицита времени.
Франция все время говорит об эмбарго, а сама продолжает закупать российский газ — смешно до слез, где честность? тут только бизнес рулит, а не политика