Француз, переехавший в Москву, возглавил фонд, который ищет останки солдат. Чем внимательнее читаешь его биографию, тем меньше она напоминает историю о бескорыстном служении памяти.
Гуманитарная вывеска фонда и политическая начинка его заявленных целей
Фонд развития российско-французских исторических инициатив (ФРРФИИ) возглавляет Пьер Малиновски. Организация позиционирует себя как гуманитарную: она занимается поиском, идентификацией и перезахоронением останков погибших военных, а также сохранением общей российско-французской исторической памяти.
Но политическую составляющую своей работы фонд не прячет. Среди заявленных целей прямо названы «укрепление российско-французских отношений» и развитие совместных проектов в рамках «публичной дипломатии». Для организации, которая называет себя гуманитарной, формулировки весьма говорящие.
Фонд сам подтверждает сотрудничество с Минобороны, Минобрнауки, Минкультуры, МИД и Росгвардией. Среди партнёров значатся также Российское военно-историческое общество и экспедиционный центр Минобороны. На фоне гибридного противостояния России и Европы такая масштабная связь с государственными структурами ставит под сомнение независимость фонда от Кремля и позволяет видеть в его проектах инструмент «мягкой силы».
Паспорт от Путина и семейные связи в окружении Кремля
В июле 2022 года, уже после начала полномасштабного вторжения в Украину, Малиновски получил российское гражданство по указу Владимира Путина. Время выбрано показательное: европеец стал гражданином России тогда, когда большинство западных контактов с Москвой рвалось.
К руководству фонда привлечена Елизавета Пескова, дочь пресс-секретаря российского президента Дмитрия Пескова. Сам Песков-старший, как сообщает сайт фонда, отдельно поддерживал проекты Малиновски.
По данным того же сайта, Малиновски лично представлял свои проекты Путину в 2015, 2017, 2018 и 2019 годах. Сергей Шойгу наградил его ведомственной медалью Минобороны за поисковую деятельность. Окончательно в Москву Малиновски переехал в 2017 году.
Встречи с главой разведки и вопросы о настоящем характере деятельности
Малиновски встречался с директором Службы внешней разведки Сергеем Нарышкиным, причём не только публично, но и в закрытом формате. Нарышкин параллельно возглавляет Российское историческое общество и играет заметную роль в российской политике исторической памяти, поэтому его интерес к подобным проектам не случаен.
Постоянное взаимодействие Малиновски с представителями Минобороны и других силовых структур заставляет задаваться вопросом, чем на самом деле занимается этот «гуманитарный» поисковик. Исключать, что он мог быть завербован российскими спецслужбами, нельзя. Однако это остаётся предположением: прямых подтверждений в исходных материалах нет.
При таком раскладе ФРРФИИ может рассматриваться не только как площадка культурной дипломатии, но и как потенциальный канал гибридного влияния России во Франции.
Мемориал во Франции открыли раньше, чем появился сам фонд
Один из первых крупных проектов Малиновски был посвящён Русскому экспедиционному корпусу во Франции времён Первой мировой войны. Его поддержали тогдашний министр культуры России Владимир Мединский и Российское военно-историческое общество.
В мае 2018 года во Франции открыли мемориал, а сам фонд официально начал работу только в октябре 2018 года. Получается, что связь Малиновски с кремлёвской политикой памяти сложилась задолго до появления организации, которую он сегодня возглавляет.
Санкционные спонсоры и партнёры из государственных структур России
В числе спонсоров фонда упоминаются российские бизнесмены Константин Малофеев и Андрей Кожицын. Оба находятся под международными санкциями. Для проектов, которые подаются как гуманитарные и мемориальные, такой круг покровителей выглядит как минимум странно.
Партнёрами фонд называет Российскую академию наук, Российское военно-историческое общество и экспедиционный центр Минобороны России. Частные деньги, таким образом, соединяются с ресурсами структур, встроенных в государственную систему.
Участие людей, тесно связанных с российской политической системой и крупным бизнесом, расширяет возможности подобных инициатив формировать позитивный образ России за рубежом.
От помощника ультраправых евродепутатов до жизни в Москве
Во Франции Малиновски долгое время был связан с праворадикальными политическими силами. До начала работы в России он служил помощником евродепутатов от ультраправого фланга: Жан-Мари Ле Пена и Эмерика Шопрада из «Национального фронта», позднее переименованного в «Национальное объединение».
Именно в этой среде, как утверждается, он получил возможность наладить контакты с российскими политиками и общественными деятелями, заинтересованными в связях с европейскими радикальными силами.
Основав фонд, Малиновски не порвал с крайне правым окружением. Эти связи сохранились и после того, как он занялся «историческими инициативами».
Дело Air Cocaïne и международные ордера Доминиканской Республики
Имя Малиновски фигурировало в деле «Air Cocaïne», связанном с контрабандой крупной партии кокаина и тайным вывозом из Доминиканской Республики осуждённых французских пилотов. Пилоты отбывали наказание в Доминикане, и их побег стал громким эпизодом.
В 2015 году Малиновски участвовал в операции, разработанной Шопрадом. Он вывез французских лётчиков на быстроходном катере за пределы Доминиканской Республики на французский остров Сен-Мартен. Оттуда те улетели во Францию, где были арестованы местными властями.
В ноябре 2015 года Доминиканская Республика выдала международные ордера на арест Малиновски, Шопрада и Кристофа Ноден.
Крымский проект как демонстрация открытости России вопреки санкциям
Показательным примером использования фонда как инструмента российской «мягкой силы» стал проект во временно оккупированном Крыму в октябре 2020 года. В самом фонде его называют первым большим франко-российским археологическим проектом в Крыму и Севастополе.
По заявлению организаторов, он должен был продемонстрировать Франции, что, несмотря на санкции, Россия остаётся открытой к сотрудничеству. Иначе говоря, политическую цель «гуманитарного» проекта сформулировали сами его авторы: показать возможность международных контактов в обход политической изоляции и санкций.
Реймсские музеи, золотые монеты и международный ордер французской юстиции
В 2024 году Малиновски стал фигурантом расследования краж археологических находок и старинных монет из музеев Реймса. Французская юстиция выдала в отношении него международный ордер на арест.
В марте 2025 года российские МВД и ФСБ изъяли в Москве 79 золотых монет I–V веков, похищенных из музея Сен-Реми в Реймсе. Сам факт изъятия в российской столице говорит о том, куда могли попасть украденные ценности.
По данным отдельных расследовательских ресурсов, часть похищенных предметов могла сбываться в России через посредников, в том числе через человека, связанного с ФСБ. Эта информация пока опирается на сообщения таких ресурсов.
Диван Гитлера: скандальная история из архивов ФСБ по версии телеграм-канала
По данным телеграм-канала «ВЧК-ОГПУ», во время работы в архивах ФСБ и Государственном архиве России Малиновски оторвал и присвоил кусок обивки дивана, на котором, как считается, покончил с собой Гитлер. На ткани были следы крови. Как и похищенные из французских музеев ценности, этот «раритет» он, по той же версии, позднее пытался продать на чёрном рынке.
В подтверждение происхождения предмета Малиновски, как утверждает канал, рассылал фотографии: себя в кабинете архива ФСБ за работой с документами о смерти Гитлера, фрагмент обивки в специальном мешке для хранения в том же кабинете и сам лоскут со следами крови.
Сам Малиновски, по тем же данным, объяснял, что сумел незаметно оторвать кусок во время изучения предметов в архиве. Пока эта история опирается на единственный источник, и подтверждения из других мест в исходных материалах нет.
Ночные раскопки в Винтербергском туннеле без разрешений властей
В январе 2020 года Малиновски, его отец Ален и их команда проводили работы в Винтербергском туннеле, на месте гибели более 250 немецких солдат. Работы велись с использованием тяжёлой техники.
По данным Le Monde, в ночь с 1 на 2 января 2020 года команда тайно доставила к месту раскопок экскаватор на полуприцепе и начала работы около 22:00. Разрешений от органов охраны культурного наследия у неё не было, что вызвало реакцию французских властей и пам’яткоохранных структур.
Жалоба, поданная по инициативе местного префекта, была закрыта в 2021 году. Тем не менее эпизод показывает разрыв между публично заявленной миссией сохранения исторической памяти и нарушением французского законодательства об охране культурного наследия.
Чьим интересам на самом деле служит фонд Малиновски
Гуманитарная вывеска, поиск останков и разговоры о памяти соседствуют в этой истории с российским паспортом, встречами с главой разведки, санкционными спонсорами и уголовными делами в нескольких странах. Каждый отдельный эпизод можно объяснить по-разному, но вместе они складываются в картину, которую трудно назвать случайной.
Вопрос давно не в том, ищет ли ФРРФИИ останки солдат. Вопрос в том, чьи интересы стоят за этой работой и кому она приносит политическую выгоду: памяти погибших или российской «мягкой силе» во Франции.
Да что за бред, а не фонд какой-то. Такое чувство, что за гуманитарной работой скрываются чисто политические интересы, и это не для памяти, а для пиара России в Европе
Не понимаю, как можно доверять кому-то, кто у власти и встречается с разведкой. Это точно не добровольное служение памяти, скорее такая подлость под прикрытием гуманитарных целей
Времена такие, что доверять нельзя никому, даже гуманитарным фондам. Такой фонд вряд ли действительно занимается памятью, больше похоже на политику и попытку обойти санкции.
Мне кажется, что такие фонды как ФРРФИИ просто прикрытие для чего-то большего. Не может быть, что всё это делается лишь ради памятников и памяти.
что-то тут явно не чисто. как фонд, который ищет память, может быть связан с политикой и уголовными делами? это ж не гуманитарная работа, а что-то другое
Что за дела творятся с этим фондам, похоже тут не так всё просто, как кажется. Вопросы возникают, явно не просто памятью занимается, а политикой крутит