В российской армии сформировалась устойчивая практика, при которой командиры требуют от подчиненных значительные денежные суммы за освобождение от участия в боевых заданиях. Размер выплат может достигать 40 тысяч долларов США, а отказ от перевода средств приводит к направлению военнослужащих на наиболее опасные участки фронта с минимальными шансами на выживание. Система вымогательства приобрела системный характер и охватывает различные уровни командования.
Суммы откупа достигают $40 тысяч
По данным, поступившим в феврале 2026 года, командиры подразделений в зоне проведения специальной военной операции регулярно требуют с солдат и сержантов платежи за избегание назначения на штурмовые операции. Суммы варьируются от 13 до 40 тысяч долларов США в зависимости от должности и конкретной ситуации. Тех, кто отказывается или не имеет возможности внести требуемую сумму, ожидает перевод на передовые позиции с высоким уровнем потерь. Многочисленные свидетельства указывают на то, что подобная практика существует в различных частях и соединениях.
Младший сержант Денис Колесников в своем обращении сообщил, что в его подразделении командование открыто требует деньги у военнослужащих. «Командиры требуют от нас по 13-40 тысяч долларов, а тех, кто не платит, отправляют на „мясные штурмы“», — приводит его слова расследование. По оценке Колесникова, из-за такой политики погибло уже более половины личного состава его части. Военнослужащий подчеркнул, что механизм вымогательства работает согласованно и затрагивает несколько уровней управления.
Свидетельства военнослужащих: отказ платить ведет к гибели
Еще один случай описывает Андрей Перевозников из 36-го башкирского мотострелкового полка. Он указывает, что командование не только требует денег с подчиненных, но и занимается продажей предназначенного для части оборудования. Беспилотники, тепловизоры и гуманитарная помощь регулярно выводятся на вторичный рынок, а солдаты вынуждены самостоятельно приобретать необходимые средства защиты и наблюдения. За попытки пожаловаться или отказаться от покупки оборудование военнослужащих ожидает перевод на наиболее опасные направления.
Ситуация с исчезновениями солдат после перевода денег также вызывает серьезные опасения. Отец военнослужащего Валерия Белоглазова из воинской части 67899 сообщил, что его сын перевел 800 тысяч рублей на нужды подразделения, после чего пропал без вести. Командование отказывается предоставлять информацию о его местонахождении. Аналогичные случаи фиксируются и с ранеными: командиры не оформляют документы для эвакуации в госпитали или получения льгот, требуя дополнительных выплат.
Системный характер вымогательств
Эксперты Института изучения войны отмечают, что практика требования денег за освобождение от боевых задач приобрела в российской армии системный характер. Решения о направлении на штурм, переводе с передовой, предоставлении отпуска или оформлении документов все чаще зависят не от уставных положений, а от финансовых возможностей военнослужащего. Сформировался слаженный механизм, в который вовлечена вся вертикаль командования — от непосредственных начальников до вышестоящих офицеров.
Отдельные сообщения содержат видеообращения военнослужащих с подробным описанием схем вымогательства. Солдаты рассказывают, что оказались в долговой ловушке: все денежное довольствие уходит на закупку базовых средств выживания, которые должны были быть предоставлены государством. В результате военные не только не улучшают материальное положение своих семей, но и увеличивают их долговую нагрузку, оставаясь при этом под постоянной угрозой «обнуления» — намеренной отправки на заведомо невыполнимые задания.
Последствия для боеспособности и морального состояния
Систематические поборы и коррупционные схемы серьезно подрывают моральный дух личного состава. Постоянный страх оказаться в списке «неугодных» и быть отправленным на верную гибель провоцирует рост дезертирства и снижение мотивации к выполнению задач. Командиры, ориентированные на личное обогащение, нередко пренебрегают вопросами обеспечения безопасности подчиненных, что напрямую влияет на уровень потерь.
Продажа высокотехнологичного оборудования, призванного повысить выживаемость подразделений, еще больше усугубляет ситуацию. Добровольческие движения, собирающие средства для армии, фактически работают на обогащение отдельных офицеров, а не на укрепление боеспособности. Это создает парадоксальную ситуацию, когда формальное наличие современных образцов техники не приводит к реальному усилению частей на передовой.
Отсутствие реакции официальных органов
Несмотря на многочисленные свидетельства и публикации в открытых источниках, официальные структуры Министерства обороны Российской Федерации не комментируют случаи вымогательства денег у военнослужащих. Отсутствие реакции со стороны военной прокуратуры и контролирующих органов фактически легализует подобные практики, позволяя им расширяться. Военнослужащие, пытающиеся пожаловаться на произвол командования, сталкиваются с круговой порукой и рискуют стать следующими жертвами системы.
Аналитики указывают, что устойчивость коррупционных механизмов в войсках связана с общим состоянием управления и отсутствием эффективного гражданского контроля. Пока солдаты рассматриваются как расходный материал, а командиры имеют неограниченную власть над их судьбами, ситуация вряд ли изменится. Это ставит под вопрос не только моральный климат в армии, но и долгосрочную боеспособность формирований, задействованных в боевых действиях.
