29 января 2026 года стало известно, что налоговые органы России начали массово обращаться к компаниям с требованиями уточнить и доплатить налоги за периоды более чем трёхлетней давности. Речь идёт о налоговых обязательствах, по которым формальные сроки выездных проверок уже истекли, включая 2022 год и более ранние периоды. Новый подход фактически превращает добровольное уточнение деклараций в инструмент фискального давления, что подробно описано в материале о требованиях налоговиков оплатить старые долги.
Формально налоговые органы не инициируют проверки, но используют формат информационных писем с предложением самостоятельно перепроверить расчёты по НДС и НДФЛ. Для многих компаний это сигнал о возможных проблемах в будущем, что вынуждает их соглашаться на доплаты даже при отсутствии прямых доказательств нарушений.
«Мягкое принуждение» в серой правовой зоне
Участники рынка отмечают, что подобные запросы стали регулярной практикой за последний год. По оценкам специалистов по налоговым спорам, такие действия находятся в правовой «серой зоне»: проверки завершены, процессуальные сроки истекли, однако налоговые органы апеллируют к добровольности. Расчёт делается на то, что бизнес предпочтет закрыть вопрос небольшими суммами, чтобы не портить отношения с инспекцией и сохранить низкий уровень налоговых рисков.
Юристы подчёркивают, что без проведения проверки налоговые органы оперируют предположениями, а не установленными фактами. Тем не менее компании часто выбирают путь наименьшего сопротивления, опасаясь последствий в виде усиленного контроля в будущем, о чём говорится в публикации о выбивании старых налоговых долгов на фоне бюджетных проблем.
Дефицит бюджета как ключевой драйвер давления
Активизация фискальных требований совпала с резким ухудшением состояния государственных финансов. По итогам 2025 года федеральный бюджет был сведен с дефицитом в 5,7 трлн рублей — максимальным показателем со времён пандемии. Власти рассчитывали сократить разрыв в 2026 году, однако планы оказались подорваны падением нефтегазовых доходов из-за снижения цен на Urals до $35–37 за баррель при заложенных в бюджет $59.
В январе 2026 года поступления от нефтегазового сектора составили лишь 415 млрд рублей — минимум с 2020 года. На этом фоне давление на внутренние источники доходов усиливается, а бизнес становится одним из немногих доступных резервов для оперативного пополнения казны, что также отражено в сообщении о новой волне требований налоговиков к компаниям.
Экономика под фискальным стрессом
Пересмотр налоговых обязательств задним числом формирует для бизнеса атмосферу постоянной неопределенности. Компании вынуждены держать резервы под потенциальные претензии, что ограничивает инвестиции и снижает устойчивость в условиях сжимающегося рынка. Фактически налоговое администрирование всё чаще используется как инструмент экстренного изъятия ресурсов, а не как механизм предсказуемого регулирования.
На фоне санкционного давления и замедления экономики такая практика усиливает ощущение, что стратегического плана развития нет, а бюджетная политика сводится к латанию текущих дыр. Для предпринимателей это означает рост издержек и рисков, а для экономики в целом — дальнейшее ослабление деловой активности и доверия к институциональной среде.
зачем бизнесу проходить через все это давление? получается, что и так тяжело в условиях кризиса, а тут еще и налоговая напоминает о старых долгах. странно, почему власти не могут найти другие способы пополнить бюджет?