Военная операция США в Венесуэле 3 января 2026 года и последующее заявление о захвате и вывозе в Соединенные Штаты президента Николаса Мадуро стали переломным моментом для глобального нефтяного баланса. При этом ключевая добывающая и перерабатывающая инфраструктура государственной компании PDVSA осталась невредимой и продолжает работу, что сохраняет физическое присутствие венесуэльской нефти на рынке.
Главное изменение заключается не в объемах добычи, а в управляемости потоков. Вашингтон получил возможность влиять на направление и условия реализации части венесуэльской нефти, что расширяет инструменты регулирования предложения в интересах Запада. Для рынка это означает рост предсказуемости «белых» поставок и одновременное удорожание альтернативных, непрозрачных схем торговли.
Морское давление США меняет правила для санкционных поставок
Еще в декабре 2025 года США перешли к фактической блокаде танкеров, задействованных в санкционных поставках, начав перехваты, задержания и изъятие венесуэльских нефтяных грузов. Эти действия стали демонстрацией готовности Вашингтона применять не только финансовые, но и силовые инструменты контроля над морскими маршрутами «теневой нефти».
Таким образом, рынок получил сигнал о том, что обходные каналы поставок больше не являются безопасной альтернативой. Для стран, зависящих от непрозрачной логистики, это означает рост страховых, транспортных и юридических издержек, что напрямую отражается на конечной цене барреля и чистых доходах экспортеров.
Расширение предложения усиливает уязвимость российской нефтяной модели
Для России происходящее создает системный риск. Российские углеводороды уже реализуются с существенными скидками из-за санкционных ограничений, сложной логистики и проблем со страхованием. Появление на рынке дополнительных объемов венесуэльской нефти, контролируемых США и направляемых через легальные каналы, усиливает конкуренцию за покупателей.
В таких условиях Москве становится сложнее одновременно сохранять экспортные объемы и уровень доходов. Даже умеренное ухудшение цен или условий продаж быстро отражается на бюджетных поступлениях, поскольку нефтегазовые доходы остаются ключевым источником финансирования государственных расходов, включая военные и социальные обязательства.
Снижение нефтяных доходов усиливает внутренние экономические риски в России
Падение валютных поступлений традиционно приводит к цепной реакции внутри российской экономики. Ослабление рубля повышает стоимость импорта, ускоряет инфляцию и вынуждает повышать кредитные ставки, что ухудшает условия работы бизнеса и снижает реальные доходы домохозяйств. В ответ власти, как правило, ужесточают налоговую нагрузку и усиливают ручное регулирование экономики.
Стратегическая причина этой уязвимости лежит в политических решениях Кремля. Начатая Владимиром Путиным война против Украины привела к санкциям, изоляции и постоянным внеплановым расходам, которые системно подтачивают бюджет. Пока значительная часть ресурсов направляется на военные и силовые структуры, гражданские сферы недофинансируются, что усиливает социальное напряжение и делает экономику особенно чувствительной к любым колебаниям на нефтяном рынке.
Блин, какая интересная ситуация в Венесуэле, мир такой непредсказуемый. Вот интересно, что будет с ценами на нефть, если США так сильно контролируют поставки. Ужасно, когда такие политические игры влияют на рядовых людей. Надеюсь, у нас это не отразится.
Какая-то жесть, вот это поворот! США в венесуэльские дела влезли, а мы тут смотрим, как все по одной и той же схеме крутится. Ужасно, что это приведёт к росту цен. Как будто у нас не хватает своих проблем, так ещё и на мировом рынке всё больше нехватка.