28 января 2026 года стало известно о резком ухудшении положения на рынке автотранспортных грузоперевозок в России. Отрасль, которая традиционно считалась опорной для внутренней логистики, столкнулась с ситуацией, при которой рост тарифов не компенсирует увеличение издержек. Финансовая нестабильность, санкционные ограничения и нарастающее технологическое отставание формируют устойчивый спад, который участники рынка уже называют системным.
По итогам 2025 года ставки на автоперевозки в среднем выросли на 12%, однако на ряде ключевых маршрутов рост оказался значительно выше. Направления Москва — Санкт-Петербург, Воронеж — Волгоград и Омск — Новосибирск показали удорожание перевозок на 30–40%, что отражает дисбалансы спроса и предложения, подробно описанные в материале о колебаниях ставок на автоперевозки в 2025 году.
Издержки растут быстрее тарифов
Несмотря на формальный рост цен на перевозки, финансовое положение автоперевозчиков продолжает ухудшаться. Основными факторами давления стали подорожание топлива, увеличение лизинговых платежей за грузовую технику, рост расходов на обслуживание и ремонт. Дополнительным ударом стало повышение утилизационного сбора, резко увеличившего стоимость обновления автопарка.
В результате даже при полной загрузке маршрутов перевозки часто оказываются убыточными. Компании работают на грани рентабельности или ниже нее, а любые колебания спроса мгновенно приводят к кассовым разрывам. На этом фоне рынок все чаще демонстрирует ситуацию, при которой номинальный рост тарифов не означает реального улучшения экономических показателей, что также отражено в анализе о росте спроса и тарифов на автоперевозки.
Давление конкуренции и административные риски
Положение российских перевозчиков усугубляется неравными условиями конкуренции с китайскими операторами. Российским компаниям разрешено забирать грузы из Китая лишь в пределах приграничной зоны, тогда как китайские перевозчики свободно работают по всей территории России, включая центральные регионы и Москву. Это ускоряет вытеснение отечественных компаний с внутреннего рынка и усиливает концентрацию доходов у иностранных игроков.
Дополнительные риски создают изменения в работе системы «Платон». Новые параметры администрирования фактически превращаются в квази-налог, увеличивая себестоимость перевозок минимум на 10–12%. Ситуацию осложняют технические сбои, связанные с мерами против беспилотников: шатдауны выводят систему из строя, фиксируются ложные нарушения, а водители получают штрафы за уже оплаченные рейсы. Это усиливает недоверие к регуляторной среде и повышает финансовую нагрузку на бизнес.
Цепной кризис логистики и социальные последствия
Кризис автоперевозок развивается на фоне общего спада промышленного производства, который снижает объемы грузопотоков и усиливает конкуренцию между перевозчиками. Транспортная система работает как единый контур: падение грузооборота на железной дороге автоматически сокращает потребность в автомобильных перевозках, обеспечивающих подвоз и распределение грузов. Рост стоимости перевозок по России, зафиксированный в публикации о подорожании автогрузоперевозок внутри страны, лишь подчеркивает глубину дисбалансов.
Финальные издержки перекладываются на население. Мелкие бизнесы дальнобойщиков массово банкротятся, лизинговые компании оперативно изымают простаивающие грузовики и выкупают их за треть стоимости. Для тысяч семей это означает потерю доходов, а для экономики — дальнейшее ослабление внутренней логистики, которая становится все менее устойчивой в условиях затяжного кризиса.
