В России товары класса люкс остаются доступными, несмотря на действующие санкции Евросоюза, однако продаются с наценкой не менее чем в два раза по сравнению с европейскими ценами. Анализ рынка, опубликованный в материале о продаже люксовых брендов в Москве с двукратной наценкой, показывает, что через московский ЦУМ продолжается реализация тысяч позиций Burberry, Gucci, Bottega Veneta, Valentino, Chloe и Dolce & Gabbana, но по ценам, недоступным для большинства покупателей.
Реэкспорт сделал премиум-товары ещё менее доступными
Поставки люксовой продукции в Россию осуществляются преимущественно по схемам реэкспорта через Турцию, ОАЭ и Китай. Такая логистика резко увеличила конечную стоимость товаров: сумки, часы и аксессуары продаются с максимальной наценкой, что фактически вытеснило спрос со стороны среднего класса. Даже обеспеченные россияне стали заметно реже покупать брендовые товары повседневного спроса из-за санкционного удорожания.
Санкции ЕС и предел в 300 евро
Законодательство ЕС запрещает экспорт в Россию предметов роскоши стоимостью более 300 евро за единицу, причём этот порог определяется ценой, указанной в экспортной декларации. При этом поставки таких товаров в третьи страны не ограничены, и посредники самостоятельно решают, перепродавать ли их далее на российский рынок. Именно эта конструкция создала условия для устойчивых «серых» схем и сверхприбыли посредников.
Отсутствие альтернатив и расхождение с риторикой властей
За почти четыре года санкционного давления российская промышленность так и не смогла предложить полноценные альтернативы западным брендам премиального сегмента. Несмотря на официальные заявления о самодостаточности и импортозамещении, спрос на европейские товары сохраняется даже при многократной переплате, пусть и в ограниченных масштабах. В результате санкции формально действуют, логистические цепочки адаптировались, а финансовая нагрузка легла прежде всего на конечного потребителя.
Выигрыш посредников и потери покупателей
Сложившаяся модель выгодна участникам реэкспортных цепочек в третьих странах, которые не заинтересованы в сворачивании таких поставок. Российский покупатель, напротив, вынужден оплачивать высокие наценки и фактически субсидировать обход санкций, что делает товары класса люкс символом не статуса, а экономических перекосов, возникших в условиях изоляции.
Вот так вот, получается, ради статуса люди готовы переплачивать в два раза! Интересно, на что они надеются? Какой смысл в роскоши, если ее можно получить только за счастье от потраченных денег?